ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г.Махачкала 08 июля 2014 года апелляционную жалобу представителя МВД по РД Дагирова М.М. на решение Советского районного суда г.Махачкалы от 14 марта 2014 года.

 

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

г.Махачкала 08 июля 2014 года

 

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

 

Председательствующего Алиевой Э.З.,

 

судей Османова Т.С. и Устаевой Н.Х.,

 

с участием прокурора Гасанова З.Г.,

 

при секретаре Алиевой А.М., рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя МВД по РД Дагирова М.М. на решение Советского районного суда г.Махачкалы от 14 марта 2014 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан Османова Т.С., объяснения представителя МВД по РД Дагирова М.М., просившего отменить решение суда по доводам апелляционной жалобы, объяснения Ш.Н., его представителя Мурзагельдиева Ш.О., просивших в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, заключение прокурора Гасанова З.Г., полагавшего решение суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, судебная коллегия

 

 

 

установила:

 

  Ш.Н. обратился в суд с иском к МВД по РД о признании незаконным приказа МВД по РД за № л/с от <дата> о расторжении с ним контракта и увольнении из органов внутренних дел, восстановлении на работе в должности <.> МВД по РД, взыскании с Министерства внутренних дел по РД в его пользу судебных расходов в сумме <.> рублей.

В последующем Ш.Н. дополнил свои исковые требования о признании незаконными: заключение служебной проверки МВД по РД от <дата> в отношение него, решение аттестационной комиссии МВД по РД от <дата> в отношение него, взыскании с Министерства внутренних дел по РД в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула со дня увольнения по день вынесения решения судом.

Свои требования мотивировал тем, что Приказом МВД по РД от <дата> № л/с он уволен из органов внутренних дел с должности <.> МВД по РД по ст. 82 ч.2 п. «б» Федерального Закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» (в связи с грубым нарушением служебной дисциплины). Оспариваемый приказ вынесен на основании заключения служебной проверки МВД по РД от <дата> и проведенной по ее результатам аттестации. Поводом к служебной проверке послужило телефонное сообщение о выстрелах из автомата возле дома № № по пр. <адрес> неизвестными лицами, находящимися в салоне автомашины ВАЗ «Нива» серебристого цвета за госномером <.>. В 03 часа 30 минут сотрудниками 1-го полка ППСП УМВД России по г. Махачкале возле дома № № по ул. <адрес> задержана указанная автомашина, управляемая им, в салоне которой на переднем пассажирском сидении при проверке был обнаружен автомат Калашникова АКСУ калибра 5,45 мм и 3 магазина к нему с 76 патронами калибра 5,45 мм. Указанную автомашину в ту ночь он брал у <.> Бунятова С.А., а автомат лежал в автомашине, он думал, что он принадлежит последнему как служебный. Выстрелов из огнестрельного оружия в районе дома № № по <адрес> он не производил, так как при себе табельного оружия не имел. По факту обнаружения автомата, к которому он никакого отношения не имеет, возбуждено дело в отношении иного лица. Доводы об уклонении пройти медосвидетельствование необоснованны, так как он освидетельствование прошел и согласно протоколу медицинского освидетельствования за № от <дата>, признаков алкогольного опьянения у него не обнаружено. Заключение служебной проверки МВД по РД от <дата> и результаты аттестационной комиссии МВД по РД от <дата> в отношение него, которые послужили основанием для его увольнения, также являются незаконными, так как при их проведении были допущены нарушения требований Инструкции о порядке организации и проведения служебных проверок в органах, подразделениях и учреждениях системы МВД РФ, не установлены факт совершения дисциплинарного проступка, его вина сотрудника, данные, характеризующие его личность. Указанные требования Инструкции выполнены не были, обстоятельства, подлежащие установлению в ходе проведения служебной проверки, не установлены, более того, опровергаются самими материалами служебной проверки. В частности, инкриминируя ему отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, к материалам проверки приложен акт, согласно которого при­знаков его опьянения не установлено. О необходимости прохождения еще освидетельствования ему никто не говорил. Более того, медицинское освидетельствование является медицинским вмешательством, а таковое возможно только с согласия лица, в отношении которого оно проводится. Без согласия лица вмешательство допускается только в случаях, предусмотренных ст. 20 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», которых не имелось. В соответствии с п. 14 ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» он мог быть направлен для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, если результат освидетельствования необходим для подтверждения, либо опровержения факта совершения преступления или административного правонарушения, для расследования по уголовному делу, для объективного рассмотрения дела об административном правонарушении, те есть дело должно быть возбуждено и уже только по возбужденному делу возможно освидетельствование. В ходе проведения служебной проверки объяснение отобрано не было, дать таковое ему даже не предлагалось. Кроме того, ст. 82 ч. 2 п. 6 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которой он уволен, предполагает грубое нарушение служебной дисциплины. Однако, <дата> - день вменения ему дисциплинарного проступка, не являлся рабочим днем, он не находился на службе, а, соответственно, не мог быть уличен в нарушение служебной дисциплины. Поскольку основанием для проведения в отношении него аттестации, до проведения которой с ним индивидуальная беседа не проводилась, послужили необоснованные выводы служебной проверки, считает, что и результаты аттестации также являются незаконными. Кроме того, даже если ответчик пришел к выводу о наличии в его действиях признаков дисциплинарного проступка, то при наложении дисциплинарного наказания в виде увольнения не учтены: положительный отзыв непосредственного начальника, наличие многочисленных поощрений, в т.ч. и федерального уровня, его прежнее отношение к работе, наличие на иждивении 3-х малолетних детей, а само взыскание не соответствует тяжести совершенного проступка и степени установленной ответчиком вины. Для восстановления своих прав, нарушенных ответчиком, он был вынужден заключить соглашение об ока­зании юридической помощи с адвокатом Маллаевым М.К. и заплатить последнему гонорар в размере <.> рублей. Просит удовлетворить его иск в полном объеме.

Решением Советского районного суда г.Махачкалы от 14 марта 2014 года постановлено:

«иск   Ш.Н. к МВД по РД удовлетворить частично. Признать незаконными:

- приказ МВД по РД за № л/с от <дата> о расторжении с  Ш.Н. контракта и увольнении из ОВД;

- заключение служебной проверки МВД по РД от <дата> в отношении   Ш.Н.;

- решение аттестационной комиссии МВД по РД от <дата> в отношении   Ш.Н.

Восстановить   Ш.Н. в должности <.> с <дата>.

Взыскать с Министерства внутренних дел по РД в пользу   Ш.Н. заработную плату за время вынужденного прогула, в размере - <.> рублей, а также судебные расходы за оплату услуг представителя, в размере - <.> рублей».

Не согласившись с решением суда, представитель ответчика МВД по РД Дагиров М.М. обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит оспариваемое решение отменить, в удовлетворении заявленных требований   Ш.Н. отказать.

В обоснование доводов автор жалобы указывает, что суд, удовлетворяя требования истца, в решении указывает, что показание свидетелей о том, что истец в момент его задержания находился в состоянии опьянения, не согласуется между собой и совокупностью исследованных в ходе судебного заседания доказательств.

Суд в решении также указывает, что доводы ответчика об уклонении истца от прохождения освидетельствования на алкогольное опьянение в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения.

Указанные доводы суда не соответствует действительности, опровергается следующими обстоятельствами.

На момент задержания истец находился в состоянии опьянения, в связи, с чем   Ш.Н. <дата> в 10:55 был освидетельствован на предмет алкогольного опьянения, алкогольное опьянение установлено не было. Однако поведение и состояние   Ш.Н. указывали на то что, последний может находиться, в состоянии наркотического опьянения, в связи, с чем сотрудниками ОРЧ СБ МВД по РД было принято решение отвезти   Ш.Н. из ОП по Советскому району г. Махачкалы на освидетельствование на предмет наркологического опьянения.

<дата> в 15:30 во время посадки в автомашину для выезда в Республиканский психоневрологический диспансер (РПНД)   Ш.Н. оттолкнул <.> Амирахмедова З.К. и убежал во дворы соседних домов, т.е. Ш.Н. уклонился от прохождения освидетельствования на состояние наркотического опьянения, что подтверждало его состояние и возникшие догадки о том, что   Ш.Н. мог находиться, под воздействием наркотических средств. Уклонение от прохождения от освидетельствования на состояние опьянения приравнивается к установлению опьянения.

В материалах дела имеется рапорт Амирахмедова З.К. о том, что  Ш.Н. оттолкнул его и убежал. Эти же обстоятельства Амирахмедов З.К. подтвердил и на суде.

Согласно п. 14 ч. 1 ст. 13 Федерального закона «О полиции» сотрудники полиции имеют права доставлять в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, и направления собранного материала в следственные органы для принятия объективного решения.

Действия   Ш.Н. расценены как нарушение требований п.3 ч.2. ст.49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», т.е. отказ от прохождения наркологического освидетельствования.

В решении суд указывает, что Амирахмедов З.К. на суде пояснил, что от   Ш.Н. исходил запах алкоголя, и что он не знал о том, что   Ш.Н. уже был освидетельствован.

Указанный вывод суда не соответствует действительности, Амирахмедов З.К. на суде такие показание не давал.

Амирахмедов З.М. на суде пояснил, что истец шатался, не был в обычном нормальном состоянии, в связи, с чем возникло подозрение о том, что он может находиться в состоянии наркотического опьянения, и было принято решение освидетельствовать на предмет наркотического опьянения.

Кроме того, в ходе судебного заседания на вопрос представителя МВД по РД свидетелю Амирахмедову З.К. как сотруднику ОРЧ СБ МВД по РД попадал ли  Ш.Н. в поле зрения сотрудников ОРЧ СБ в период его служебной деятельности, был ли замечен в каких либо не­правомерных и незаконных действиях? Амирахмедов З.К. ответил: Да, попадал, но отказался пояснять сослался, что оперативная информация огласке не подлежит.

Довод суда, о том служебная проверка проведена в нарушении ст. 29 Инструкции «Об утверждении Порядка проведения служебной проверки в органах, организациях и подразделениях Министерства внутренних дел Российской Федерации», является не состоятельным, так как суд не указывает, нарушение какого нормативного акта допущено при проведении служебной проверки.

Также необоснованным является вывод суда о том, что истец и очевидцы происшествия не были опрошены до наложения взыскания (увольнения).

В соответствии с п. 8 ст. 51 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ до наложения дисциплинарного взыскания от сотрудника ОВД, привлекаемого к дисциплинарной ответственности, должно быть затребовано письменное объяснение.

<дата> сотрудником ОРЧ СБ МВД по РД Рашидовым Г.М. у   Ш.Н. были получены подробные письменные объяснения по существу допущенных неправомерных действий..

<дата> также были опрошены очевидцы, а именно сотрудники ППСП, которые задерживали истца. В рамках возбужденного уголовного дела № по признакам преступления предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ, сотрудники ППСП и   Ш.Н. <дата> также были допрошены, протокола допроса также приобщены к делу.

Опрощенный в ходе служебной проверки по указанным обстоятельствам <.> Рамазанов P.P. (экипаж Самур 350) пояснил, что примерно в 3 часа <дата> по радиостанции принял ориентировку о задержании автомашины марки ВАЗ 2121 «Нива» за госномером <.> (с автомашины производись выстрелы в воздух). Данная автомашина ими была замечена ППСП на <адрес>.

В ходе преследования указанной автомашины на неоднократные требования сотрудников ППСП остановиться, водитель не реагировал, когда машина остановилась возле бильярдного зала «Ромашка», водитель, выйдя из автомашины, направился в помещение бильярдного зала, где его и задержали. На законные требования сотрудников ППСП проследовать в патрульную автомашину   Ш.Н. категорически отказался, стал вести себя агрессивно и выражаться нецензурно, препятствуя выполнению ими служебных обязанностей.

Аналогичные пояснения дали также старший прапорщик полиции Раджабов М.З. и старший сержант полиции Адулов К.М., которые давали письменные объяснения в ходе служебной проверки и в ходе следствия.

Согласно п. 13 ч. 1 ст. 13 Федерального закона «О полиции» сотрудники полиции имеют права доставлять граждан, осуществлять принудительное препровождение, в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в иное служебное помещение в целях решения вопроса о задержании гражданина, что было сделано сотрудниками ППСП.

Вышеуказанными противоправными действиями   Ш.Н. нарушил требования ст. 19.3 КоАП РФ – неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей.

Согласно ст. 2.5. КоАП РФ за административное правонарушение, предусмотренное ст. 19.3 КоАП РФ граждане, имеющие специальные звания сотрудников органов внутренних дел, несут дисциплинарную ответственность, в связи, с чем   Ш.Н. не привлечен к административной ответственности, а привлечен к дисциплинарной ответственности в виде увольнения.

В соответствии с п.1.3 ч.2 ст. 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ несоблюдение сотрудником ограничений и запретов, установленных законодательством РФ, нахождение сотрудника в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения либо отказ сотрудника от медицинского освидетельствования на состояние опьянения: является грубым нарушением служебной дисциплины.

Согласно п. 12 ст. 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ сотрудник ОВД обязан, не допускать злоупотреблений служебными полномочиями, соблюдать установленные федеральным законом ограничения и запреты, связанные со службой в ОВД.

Федеральный закон РФ «О полиции» запрещает сотруднику полиции подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме кого-либо к совершению противоправных действий (п. 3 ст. 6 Федерального закона РФ «О полиции»). Как было указано выше  Ш.Н., будучи сотрудником ОВД, вместо того, чтоб пресекать противоправные действия, наоборот участвовал в них, а именно, не выяснил, чей автомат, кому он принадлежит, не сообщил в дежурную часть, не доложил своему руководству, и вместо того, чтобы подчиниться законным требованиям сотрудников ППСП остановиться, которые действовали согласно ориентировке УМВД по г.Махачкале, стал уходить от преследования патрульной автомашины ППСП, при задержании оказывать сопротивление, стал вести агрессивно и выражаться нецензурно, препятствовать выполнению служебных обязанностей сотрудникам ППСП, проявляя неповиновение законным требованиям сотрудников <.> полка ППСП У МВД РФ по г. Махачкале в доставлении в дежурную часть ОП по Советскому району по г. Махачкале для дальнейшего разбирательства.

Вышеуказанные обстоятельства в суде первой инстанции подтверждены показаниями свидетелей, т.е. сотрудниками <.> полка ППСП УМВД по г.Махачкала (<.> Рамазановым P.P., <.> Раджабовым М.З. и <.> Адуловым К.М.)

В действиях Ш.Н. также имело место нарушение требований Кодекса профессиональной этики сотрудника ОВД РФ, утвержденного Приказом МВД России № 1138-2008 года.

Пункт 1 ст. 8 вышеуказанного кодекса указывает, что поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника.

Своими действиями Ш.Н. также нарушил требования п.1 ч.1 п.1,2 ст. 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, предъявляемый к сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации.

Сотрудник органов внутренних дел в первую очередь должен заботиться о сохранении чести и достоинства, не совершать поступки, вызывающие сомнение в объективности, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, должен проявлять уважение, вежливость, тактичность по отношению ко всем.

Таким образом, <.>   Ш.М. грубо нарушил требования п. 12 ст. 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, допустил злоупотребление служебными полномочиями, не соблюдал установленные федеральными законами ограничения и запреты, связанные со службой в ОВД, нарушил требования ст. 19.3 КоАП РФ, выразившееся в неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспре­пятствование исполнению ими служебных обязанностей, нарушил п.3 ч.2 ст. 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ, отказался от медицинского освидетельствования на состояние наркотического опьянения, нарушил требования предъявляемый к сотрудникам органов внутренних дел п.1 ст.8 Кодекса профессиональной этики сотрудника ОВД РФ.

Для объективности служебной проверки в отношении  Ш.Н. была проведена и внеочередная аттестация, по результатам которой аттестационная комиссия единогласно приняла решение о том, что   Ш.Н. не соответствует занимаемой должности и рекомендовала его уволить.

С результатами аттестации истец был ознакомлен, имеется подпись в самом аттестационном листе.

В своих возражениях на апелляционную жалобу   Ш.Н. полагает решение Советского районного суда г.Махачкалы от 14 марта 2014 года законным и обоснованным, просит оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя МВД по РД Дагирова М.М. без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан Османова Т.С., объяснения представителя ответчика МВД России по РД Дагирова М.М., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, объяснения истца Ш.Н., его представителя Мурзагельдиева Ш.О.ерального законаобы указывает, ч согласившихся с решением суда, заключение прокурора Гасанова, полагавшего решение суда незаконным и подлежащим отмене, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности доводов апелляционной жалобы и наличии оснований для отмены решения суда в соответствии с п. п. 1, 3, 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Статьей 13 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что при осуществлении служебной деятельности, а также во внеслужебное время сотрудник органов внутренних дел должен заботиться о сохранении своих чести и достоинства, не допускать принятия решений из соображений личной заинтересованности, не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности сотрудника, наносящие ущерб его репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти. В соответствии с ч. 4 ст. 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции, как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздерживаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

В соответствии с частью 1 статьи 50 Федерального закона на сотрудника органов внутренних дел в случае нарушения им служебной дисциплины могут налагаться следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; строгий выговор; предупреждение о неполном служебном соответствии; перевод на нижестоящую должность в органах внутренних дел; увольнение со службы в органах внутренних дел.

В соответствии с п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт подлежит расторжению, а сотрудник органов внутренних дел увольнению со службы в органах внутренних дел в связи с совершением проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, служба в органах внутренних дел является особым видом государственной службы, направлена на реализацию публичных интересов, что предопределяет наличие у сотрудников, проходящих службу в этих органах, специального правового статуса, обусловленного выполнением конституционно значимых функций по обеспечению правопорядка и общественной безопасности. Законодатель, определяя правовой статус сотрудников, проходящих службу в органах внутренних дел, вправе устанавливать для этой категории граждан особые требования, в том числе к их личным и деловым качествам, и особые обязанности, обусловленные задачами, принципами организации и функционирования органов внутренних дел, а также специфическим характером деятельности указанных лиц (Постановление от 06 июня 1995 года № 7-П, Определения от 21 декабря 2004 года № 460-О и от 16 апреля 2009 года № 566-О-О). Поступая на службу в органы внутренних дел, гражданин добровольно возлагает на себя обязанность соответствовать указанным требованиям и добросовестно исполнять свои обязанности.

В соответствии с частью 1 ст. 49 Федерального закона № 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменения в отдельные законодательные акты Российской Федерации» нарушением служебной дисциплины (дисциплинарным проступком) признается виновное действие (бездействие), выразившееся в нарушении сотрудником органов внутренних дел законодательства Российской Федерации, дисциплинарного устава органов внутренних дел Российской Федерации, должностного регламента ((должностной инструкции), правил внутреннего служебного распорядка федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориального органа или подразделения, либо в несоблюдении запретов и ограничений, связанных со службой в органах внутренних дел, и требований к служебному поведению, либо в неисполнении ненадлежащем исполнении) обязательств, предусмотренных контрактом, служебных обязанностей, приказов и распоряжений прямых руководителей (начальников) и непосредственного руководителя (начальника) при выполнении основных обязанностей и реализации предоставленных прав.

Из пункта 3 ч. 2 ст. 49 Федерального закона № 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что нахождение сотрудника на службе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения либо отказ сотрудника от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, квалифицируется как грубое нарушение служебной дисциплины сотрудником органов внутренних дел.

В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 82 Федерального закона № 342-ФЗ от 30 ноября 2011 года «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт может быть расторгнут, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Таким образом, возможность увольнения сотрудников органов внутренних дел за совершение проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, т.е. за несоблюдение добровольно принятых на себя обязательств, предусмотренных законодательством, обусловлена особым правовым статусом указанных лиц.

Более того, анализ ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» позволяет сделать вывод о невозможности продолжения службы сотрудником органов внутренних дел, совершившим проступок, порочащий честь сотрудника органа внутренних дел. При этом закон не предоставляет руководителю органа внутренних дел права избрания для такого сотрудника более мягкой меры ответственности, чем увольнение из органов внутренних дел, как, например, в случае допущения сотрудником грубого или неоднократного нарушения служебной дисциплины, когда контракт с ним может быть расторгнут, а сотрудник может быть уволен со службы в органах внутренних дел.

Из материалов дела усматривается,   Ш.Н. принят в органы внутренних дел <дата>, с <дата> состоял на службе в должности <.> МВД по РД.

Приказом Министра внутренних дел по РД № от <дата> Ш.Н. уволен из органов внутренних дел с должности <.> МВД по РД по ст. 82 ч. 2 п. 6 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

<.> Джабраиловым А.Р. проведена служебная проверка по факту задержания <.>   Ш.Н. по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ.

По результатам служебной проверки им было составлено заключение, которое утверждено Министром внутренних дел по РД <.> А.М. Магомедовым.

Из данного заключения следует, что истец, грубо нарушив требования п. 12 ст. 12 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и ст. 19.3 КоАП РФ, будучи задержанным <дата> на <адрес> г. Махачкалы по подозрению в производстве выстрелов из огнестрельного оружия возле дома № № на пр.<адрес> и возможном незаконном нахождении при нем и в управляемом им транспортном средстве огнестрельного оружия и боеприпасов, на законные требования сотрудников полиции не реагировал, выражался в их адрес нецензурной бранью, препятствуя выполнению ими служебных обязанностей.

Он же, грубо нарушив требования п. 3 ч. 2 ст. 49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ, уклонился от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, скрывшись от сотрудников ОРЧ СБ МВД по РД при доставлении в наркологический диспансер.

Материалы служебной проверки, проведенной по данным фактам, явились основанием для проведения в отношении   Ш.Н. внеочередной аттестации.

Решением аттестационной комиссии МВД по РД от <дата>   Ш.Н. признан не соответствующим замещаемой должности в органах внутренних дел и подлежит увольнению из органов внутренних дел по ст. 82 ч. 2 п. 6 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Приказом Министра внутренних дел по РД № от <дата>   Ш.Н. уволен из органов внутренних дел с должности <.> МВД по РД по ст. 82 ч. 2 п. 6 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342- ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с грубым нарушением служебной дисциплины.

Признавая приказ МВД по РД за № л/с от <дата> о расторжении с   Ш.Н. контракта и увольнении из органов внутренних дел незаконным и восстанавливая   Ш.Н. на службе в органах внутренних дел в прежней должности, суд первой инстанции исходил из того, что служебная проверка в отношении   Ш.Н. проведена с нарушением Инструкции о порядке организации и проведения служебных проверок в органах, подразделениях и учреждениях системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, а также, что  Ш.Н. не имеет действующих взысканий, за положительные результаты в работе неоднократно поощрялся руководством МВД по РД и РФ, в т.ч. - приказом ГУ МВД РФ за № от <дата> денежным поощрением за значительный вклад в дело борьбы с экстремистскими проявлениями в Республике Дагестан, награжден медалью «За доблесть в службе», в связи с чем, признал обоснованными доводы истца о том, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения не соответствует тяжести совершенного проступка и степени установленной вины.

С данными выводами суда первой инстанции, судебная коллегия также согласиться не может.

Суд первой инстанции не учел, что в соответствии с ч. 4 ст. 33 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внеочередная аттестация сотрудника органов внутренних дел проводится при решении вопроса о переводе сотрудника на вышестоящую или нижестоящую должность в органах внутренних дел; при решении вопроса о прекращении сотрудником службы в органах внутренних дел в связи с расторжением контракта в соответствии с пунктом 5 части 2 статьи 82 настоящего Федерального закона (в связи с несоответствием сотрудника замещаемой должности в органах внутренних дел), а также по предложению уполномоченного руководителя при рассмотрении вопроса об увольнении из органов внутренних дел.

Таким образом, увольнение сотрудника органа внутренних дел по п. 9 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не предусматривает обязательного проведения в отношении сотрудника внеочередной аттестации. В связи с этим нарушение ответчиком порядка проведения аттестации, о чем в обоснование иска заявлял истец, не свидетельствует о нарушении ответчиком порядка увольнения Ш.Н. по Федерального закона от 30 ноября 2011 года №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и не могло повлечь восстановление его на службе.

Вывод суда первой инстанции в мотивированной части решения о том, что показания свидетелей Рамазанова Р.К., Адулова К.М., Раджабова М.З., Амирахмедова З.К. не согласуются между собой и совокупностью исследованных в ходе судебного заседания доказательств, также не состоятельны и опровергаются материалами дела.

В материалах дела имеется рапорт Амирахмедова З.К., который должен был сопроводить   Ш.Н. на освидетельствование для оп­ределения наличия в организме наркотических средств, о том, что   Ш.Н. оттолкнул его и убежал. Эти же обстоятельства Амирахмедов З.К. подтвердил в судебном заседании.

Согласно п. 14 ч. 1 ст. 13 Федерального закона «О полиции» сотрудники полиции имеют права доставлять в соответствующие медицинские организации граждан для определения наличия в организме алкоголя или наркотических средств, и направления собранного материала в следственные органы для принятия объективного решения.

Действия   Ш.Н. расценены как нарушение требований п.3 ч.2. ст.49 Федерального закона от 30 ноября 2011 года № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», то есть отказ от прохождения наркологического освидетельствования.

Анализируя показания свидетелей Рамазанова Р.К., Адулова К.М., Раджабова М.З., Амирахмедова З.К., данных ими в суде первой инстанции, можно придти к выводу, что их показания согласуются между собой, и противоречий между ними нет.

Так, из протокола судебного заседания от <дата> усматривается, что свидетель Раджабов М.З. на вопрос адвоката Гаджиевой пояснил, что слышал, как   Ш.Н. оказывал сопротивление сотрудникам полиции, выражался в их адрес нецензурной бранью, находился в нетрезвом состоянии, ровно ходить не мог и шел как пьяный (л.д. 67-69).

Аналогичные показания в суде первой инстанции дали и свидетели Рамазанов Р.К. (л.д. 65-66) и Адулов К.М. (л.д. 66-67).

Возможность увольнения со службы сотрудника органов внутренних дел, более не отвечающего указанным требованиям, предопределена необходимостью комплектования правоохранительных органов лицами, имеющими высокие морально-нравственные качества и способными надлежащим образом выполнять принятые ими на себя обязательства по защите прав и свобод человека и гражданина, соблюдению положений Конституции Российской Федерации, обеспечению безопасности, законности и правопорядка.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Кодекса профессиональной этики сотрудника органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденного приказом МВД РФ 24 декабря 2008 года № 1138 (действовавшего на момент совершения истцом проступка), соблюдение принципов, норм и правил поведения, установленных Кодексом, является нравственным долгом каждого сотрудника органов внутренних дел независимо от занимаемой должности и специального звания.

Сотрудник органов внутренних дел, руководствуясь требованиями Присяги, служебного долга, профессиональной чести и достоинства, принимает на себя следующие нравственные обязательства: в своей деятельности признавать приоритет государственных и служебных интересов над личными; служить примером строгого и точного соблюдения требований законов и служебной дисциплины в профессиональной деятельности и частной жизни, оставаться при любых обстоятельствах честным и преданным интересам службы (пункт 1 статьи 7 Кодекса).

Согласно пункту 4 статьи 7 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции, как в служебное, так и во внеслужебное время должен воздержаться от любых действий, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности или нанести ущерб авторитету полиции.

Согласно пункту 1 статьи 8 Кодекса (действовавшего на момент совершения истцом проступка), поведение сотрудника всегда и при любых обстоятельствах должно быть безупречным, соответствовать высоким стандартам профессионализма и нравственно-этическим принципам стража правопорядка. Ничто не должно порочить деловую репутацию и авторитет сотрудника.

Указанные обстоятельства свидетельствует о небезупречном поведении истца в быту, при этом как сотрудник полиции,  Ш.Н. знал и понимал возможную меру ответственности за такое поведение, а также нанесение ущерба авторитету полиции.

Учитывая, что установлен факт совершения истцом проступка, порочащего честь сотрудника органов внутренних дел, и это подтверждено материалами дела, а выводы суда первой инстанции о нарушении порядка увольнения истца являются неправильными, не согласуются с материалами дела и противоречат закону, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованном удовлетворении судом требований   Ш.Н. о признании незаконным приказа МВД по РД за № л/с от <дата> о расторжении с ним контракта и увольнении из ОВД, восстановлении на работе в должности <.> МВД по РД, взыскании с Министерства внутренних дел по РД в его пользу судебных расходов.

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании имеющихся в деле доказательств, судебная коллегия считает возможным принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных   Ш.Н. исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

 

определила:

 

Решение Советского районного суда г. Махачкалы от 14 марта 2014 года отменить.

 

По делу принять новое решение.

 

В удовлетворении исковых требований Ш.Н. о признании незаконным приказа Министерства внутренних дел по РД за № л/с от <дата>, о расторжении с ним контракта и увольнении из органов внутренних дел, восстановлении на работе в должности старшего оперуполномоченного отдела по раскрытию квалифицированных разбоев и грабежей УУР Министерства внутренних дел по РД, взыскании с Министерства внутренних дел по РД в его пользу судебных расходов в сумме 25000 рублей отказать.

 

Председательствующий: Алиева Э.З.

 

Ссылки на сайты органов государственной власти:
Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2019, МВД России